Я стал не просто открыткой. Я стал подарком. Больше всего мне понравилось, когда пальцы Анны долго держали меня, а её глаза разглядывали маленькие наклейки и надписи на передней стороне. От тёплой улыбки выступили ямочки на её румяных щеках, глаза сощурились, и вокруг них проступили мелкие морщинки. Алиса, стоявшая возле матери, обхватила её руку покрепче и начала смеяться. Только тогда я понял, почему судьба так со мной обошлась, ради чего были все эти страдания.
Взамен на боль я получил свободу, признание и любовь. Алиса избрала меня из целой кучи таких же бумажек и наградила счастьем! Я должен быть благодарен. Я был так воодушевлен, когда Михаил Андреевич повесил меня на холодильник. Как же я ошибался.
Сейчас я всё ещё открытка, но снова никому не нужная, пылящаяся теперь в новой папке с такими же, как я подарками. Я не видел свет уже больше трёх месяцев, а с момента отправки сюда прошло пять лет. Единственным глотком воздуха становится день рождения Анны, когда меня вытаскивают, улыбаются с ностальгическим вздохом и суют обратно в злополучную папку, в которой с каждым годом всё тесней и тесней. Такова судьба открыток.